Расшифровка проповеди отца Алексия Гомонова 01.12.2019 в Клубе во имя святых Петра и Февронии
"Наступил Рождественский пост. Миллионы людей постятся — те, кто чувствуют себя членом этой армии православных. К тому же не только по всей широте Земли эти миллионы простерлись. Нас ещё поддерживает и высота — там, на высоте живущие. Мы и по широте связаны постом, и в высоту — там тоже, на высоте, пост. Пост — это воздержание. Нет ни одного святого, который не был бы воздержан, и очень воздержан — будь то мученик, пустынник, столпник, будь то благоверные князь и княгиня (Пётр и Феврония). Шутка ли сказать! На склоне лет, уже изрядно одряхлев, состарившись, они надели суровое рубище, стали спать на жёстком ложе, их пища была — наискуднейшая, условия — наихудшие в смысле удобств... Это схима — высшая степень удаления от земли, от обычных норм человеческой жизни, монашество высочайшего напряжения, высочайшая его форма. Вот какие они были! В конце жизни избрали для себя лучшим это путь — оттого, чтобы быть ещё более близкими к Богу. Бог даётся через напряжение, а через послабление Бог удаляется.
Итак, мы постимся здесь, по широте Земли, миллионы и миллионы. Господь даёт нам силы поститься, даёт нам и соответствующие посту обстоятельства жизни. Поэтому постами чаще всего бывают всякие эпидемии, катаклизмы — чтобы было, что потерпеть, что превозмогать, с чем бороться, на что силы положить свои, всяческие напряжения. Всё, с чем нельзя иначе жить. Худо-бедно можно иначе жить, а вот счастливо жить — нельзя. Из-за напряжения, хотя бы и постами — а почему? «Потому что я должен быть счастлив». С кем? «Со второй половинкой». А кто такая вторая половинка? Идеальная девушка или идеальный парень? Но ничего идеального нет. Чуть-чуть счастливым никто не согласится быть. Надо превозмогать, быть счастливым, очень счастливым, долго счастливым, всегда счастливым при каких-то малостях: к примеру, чихнул или споткнулся чуть-чуть — но не разбился! Немного огорчился, немножечко поболел — вот это даётся. А как же быть в реальных условиях, когда вокруг неидеальные, несовершенные люди, и вторая половинка будет одна из них? Да, близкая по душе, по духу — но она будет несовершенной. Как же быть счастливым с этим человеком?
Что нам помогает терпеть, и не просто терпеть, сжав зубы, а через призвание той самой силы, которую не накачаешь, сколько ни качайся. Это сила не от какой-либо пищи — как бывает, съел что-нибудь и сразу стал терпеливым, невозмутимым — хоть кол на голове теши, хоть на сковородку сажай! Нет такой пищи. Эту силу даёт Господь. Накануне объявленной казни мученики, объятые этой силой, спокойно спали и наутро выходили радостные послушать приговор — правда, они были собранными, чтобы не расслабиться. Общение с Господом давало им силы. Эта сила, от Бога, — нечеловеческая...
«Что-то ты, батюшка, говоришь непонятно». Очень понятно! Многие из нас, православных, любят старцев. Старец устал, старец больной, «в несколько этажей» у него болезни. Через пресс болезни, связанной и с возрастом, и с монашеским образом жизни, и через воздержание добровольное — сила того, что выпадает на долю христианина ради любви к Богу. На старцев особо давит враг в обстоятельствах, попущенных Богом, но они невозмутимы. Спокойно сидит себе старец — стоять ему тяжело — и выслушивает нас, радостный, а ведь принимает уже часов двенадцать подряд, с самого раннего утра, и шутит... Все старцы невозмутимы и терпеливы со всяким к ним приходящим. Так что если захотим его вывести из себя, проверить его выдержку, то он увидит, что не по делу пришли к нему общаться, а его проверять, молоточком постучит — мол, следующий, — и встреча закончена. Невозмутимость святых — следствие силы Божией, которая даётся через воздержание. Мы не можем быть всё время воздержанными, всё время в напряжении, но постами обязаны. Постами сломается кран, и протечёт вода, и зальёт вниз одиннадцать этажей, и ты будешь судиться пытаться. Постами не то что угонят машину, по поцарапать могут, поставят вмятину. Постами врачи обнаружат у тебя проблему со здоровьем, но всю правду не говорят, потому что не знают или не хотят говорить. Постами друзья вдруг становятся, хоть и на время, врагами, закрывают фирму. Постами обкрадут, обругают. Постами обморозишься или промокнешь в Новый год... Постами чего только не бывает! И всё не случайно. Такие досадные мелочи по сравнению со страданием мучеников, Божиих людей, пустынников — малы, но обязывают нас напрягаться, но не кричать же «Караул!». Порой неожиданно нападает на нас враг — было всё хорошо, приятно, и вдруг как заставит нас неожиданно напрягаться, призывать Бога, терпеть, смиряться. Чтобы не было этого неожиданно, исходное состояние у нас (должно быть такое) — через пищу, через сокращение пищи, через сокращение сна некоторое добровольное берём на себя страх и (создаём) условия, точнее, фон жизненный, в некотором напряжении. Это словно добровольная болезнь: при переходе от вкусной пищи к менее вкусной, от обильной — к более сокращённой. Больше бодрствования, меньше сонности. Если слабость находит, не обязательно сразу бросаться к врачу: «Доктор, почему у меня такая слабость?». Хорошо вспомнить, что пост преодолевает... Даже в обычных условиях идти на работу и вставать утром — и так надо преодолевать слабость, усталость накопившуюся. Это тоже может дать духовную пользу.
Итак, пост. Как хорошо, особенно когда одинокие, ведь мы молимся, а значит, может скоро встретиться — и всегда мы встретимся, Господь милостью Своей дарит нам встречу — твой единственный, необыкновенный, ненаглядный. А ты уже немножко сократилась терпением. Ох уж эта раздражительность, ох уж этот непонятный норов! Как он портит нашу жизнь, как портит отношения с окружающими! Если бы люди побольше постились, если бы смотрели на пост не как на помеху в жизни... Вон, как некоторые люди постятся — вся у них забота от Рождества, как бы вовремя побольше, поинтереснее подарки найти, побольше бы угодить любимым и друзьям — подарки, подарки... Ещё за месяц до Нового года — рождественское сверкание, призывные скидки, и одна задача: мудро расстаться с деньгами. У нас есть нечто поважнее — наполнить себя терпением, смирением, в общем, бороться с «расслабухой». Ради чего? Можно ведь и без этого прожить? Нет.
Группа риска — непостящиеся, даже уже вступающие в брак и вступившие. В первые пять лет супружеской жизни происходят почти 90% разводов — в первые пять лет! Эти первые пять лет — самые основательные! Здесь и зачатие и рождение детей, здесь и долгожданное устройство родного гнезда по своему уставу, в силу своих желаний и возможностей. Первые годы — это такой смак! И такие данные... 90 с лишним процентов разводов... Пусть это будет не с нами, потому что мы будем добровольно поститься".
Спаси Господи Василину Б. за расшифровку.
