Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Аминь. Справедливые историки, любящие нашу Россию не привирают, а открывают нам истину о прошлом нашего народа. На Руси разводы были крайне редки. Как выразился Дмитрий Смирнов, протоиерей, известный в Москве, на весь эфир: «Раньше на 100000 браков 1 развод». Далее, раньше женщины рожали все абсолютно, бесплодных просто не было. Когда полчища татаро-монголов нахлынули и то жгли-убивали русских, то уводили в плен, русские женщины быстро рожали, и снова народа становилось много. Это была самая неубиваемая нация в мире. Разводов почти не было, а мы вспомним, что мужик и бил свою жену, и беднота была, и несправедливости были, и конечно, неуживчивость была с родителями, с соседями, с родственниками. И конечно, долго детей не было в браке, тогда пока бесплодные родители молились Богу и обещали первенца, если Бог даст, отдать Богу, отдать в монахи. И рождался слабенький, кривенький такой, ни на что не годненький – пахать не мог, лес валить не мог, торговать не мог, продолжать род, может, не мог. Попробует себя там, там – ничего не получается, и уходил в монахи. Реже, когда обещанный не уходил в монахи, он плохо оканчивал свою жизнь, но он собирал все грехи родителей на себя, он взял, первенец, а потом рождался второй, третий, пятый и десятый. Это уже крепкие, они и пахали, и сеяли, и род продолжали. То есть бесплодные родители вымаливали у Бога дитя, понимали, что это за грехи свои, грехи рода – всякие складывались судьбы у семейств, у рода в целом, у фамилии. Вот что делала вера. Как бы ни искрили в отношениях с новыми родственниками, как бы бедность ни пригибала к земле, как бы ни не сложившимся по отношениям считался брак, люди понимали, это от Бога, разводиться невозможно, надо что-то делать, надо молиться, терпеть и ждать. И Бог награждал за все это. И сколько ни вырезали, сколько ни убивали нашего народа, рождались крепкие, сильные, красивые. Русь поэтому и гремела во все мире.
Так было до падения веры, до расцвета цивилизации – люди поверили больше в себя, в образование, в свои технические возможности, стали думать об удобствах жизни. Как же, цивилизация может дать нам плоды – лифты, машины, аэропланы, … Вера в Бога потихонечку ослабевала, итак это движение к удобствам жизни перешло на все аспекты жизни и на отношения между супругами. Удобство. Неудобство нетерпимо, норма жизни – удобство. Бог не дает часто удобную жизнь, да и вообще Богу молиться, поститься неудобно. Когда требуется, когда я захочу – это как сейчас у многих: «Я не фанатик, в храм ходить по воскресеньям, по праздникам не буду, поститься, каждый день молиться тоже не могу. Как сложится, так приду и попощусь». Таким образом, докатились, и все поменялось, и служение друг другу и Богу, а отсюда и монолитность, крепость в Боге нашего народа и нашей державы российской, подменились цивилизованным обществом индивидуалистов. Вот и мучаемся, ищем счастья в жизни с другой половинкой, более или менее эгоистом. И я эгоист. Как двум эгоистам сочетаться в счастливую пару? Вот и перебирают – один брак, другой брак, потом в моду вошло безбрачие – так называемый, «гражданский брак». А зачем брать на себя труд какой-то? – Будем жить так, по принципу удобства – сложится, может быть, распишемся и венчаемся, а не сложится – будем искать дальше счастливого, то есть удобного сочетания. При этом горбатый всегда останется горбатым в духовном смысле, неуживчивый всегда останется неуживчивым, гордец гордецом, самодовольный самодовольным, а человек скромный, тихий так и будет всеми пренебрегаться, потому что моды на тихих никогда не было. Мода была на светских львиц, на амазонок или на таиландок.
Мы молимся Петру и Февронии, жившим тогда, в той России, о которой начали говорить, вспоминать, сколько они перетерпели, и нам помогут претерпеть, потерпеть, не устраняться, не убегать, не дезертировать, потерпеть, а за это терпение что-то сложится. Многое может сложиться – может сложиться целомудренный брак, целомудренные отношения до брака, может сложиться крепкий, прочный брак двух противоположностей. Они притерлись и стали дополнением друг друга в одно совершенное целое, насколько совершенным может быть человеческий союз из двух. Поискрят-поискрят, потрутся-потрутся, потерпят, и получится не разлей вода, красота получится, потому что истинная любовь – это всегда единство противоположностей, всегда, как заряды противоположные притягиваются, а одинаковые отталкиваются. Два активных или два пассивных человека не составят пару супружескую, два шумных или два нерешительных не составят.
А ведь у нас трудностей больше, чем у древних, чем у наших предков. Там квартирный вопрос не стоял, парень забирал девушку к себе, и там просто жившие родом целым, фамилией, приделывали еще одну пристройку к дому, и получался такой Шанхай – к избе избы, пристройки, «прилепки». Там они и жили все вместе, старики, молодежь, внучата, правнуки, все вместе, да и при всей бедности не было борьбы за выживание – люди привыкли скромно жить. К тому же там при полных гардеробах никто никогда не говорил: «Носить нечего, все надело, все устарело». И лошадь не меняли без конца, как сейчас машину хочется поменять – она еще ездит, и с радостью на ней еще несколько человек будет ездить, перекупая ее из рук в руки. Это же все проблемы – обновление гардероба, мебели, дом новый, машина. Не было проблем таких путешествия в отпуск – куда-то хочется, а нет возможности, вот уныние какое великое. Не было отпусков у наших предков, а жили долго-долго и счастливо-счастливо. Так же, как и больничных не было.
Итак, всем бы нам терпения, всем бы нам великого терпения, долготерпения, как говорят, ох, сколько бы из этого сложилось! А все, что бы сложилось, и составило бы большое человеческое счастье. Аминь.
01.11.09, о. Алексий Гомонов, храм Успения Пресвятой Богородицы в Путинках www.club-pif.ru
